В Пушкинском фойе Московского драматического театра им. А.С.Пушкина идет удивительный спектакль. Он называется «И вдруг...», и это название очень точно соответствует атмосфере и настроению происходящего, потому что все давно знакомое и, казалось бы, хрестоматийно запечатленное в нашей памяти, приобретает совершенно иное дыхание — внезапности, прозрения. Того, что скрыто в этом почти сказочном восклицании: «И вдруг...» Спектакль Аллы Азариной, инсценировавшей мотивы рассказов А.П.Чехова «Он и Она», «Ионыч», «У знакомых», «Черный монах», «Заказ», «Шампанское» и повести «Моя жизнь», написавшей музыку к стихотворению Булата Окуджавы и сочинившей весь этот пленительный, на одном дыхании возникающий и оживающий культурный космос, вне которого наша жизнь, несомненно, обеднела бы, смотрится и сопереживается, действительно, на одном дыхании. Хотя, казалось бы, ничего особенного не происходит. Мы рассаживаемся в фойе, в котором, что называется, легкими мазками воссоздано некое музейное пространство (оформление и костюмы Александра Васильева). Сюда врываются молодые, веселые, совсем из другого бытия пришедшие Он (Владимир Григорьев) и Она (Эльмира Мирэль). И вдруг... Захваченные атмосферой, в которой нет ничего особенного, разве что фотографии на стенах, разве что небрежно брошенные на стул пелерина, шаль, разве что какая-то особенная, только музеям присущая тишина, — они неожиданно ощущают в себе другую жизнь: проснувшуюся культурную память, которая, кажется, и диктует первые строки этого спектакля, строки Булата Окуджавы: «Хочу воскресить своих предков...» А дальше, ритмично сменяясь, следуют фрагменты чеховских произведений. Казалось бы, ничего особенного: хороший артист Владимир Григорьев и студентка Школы-студии МХАТ Эльмира Мирэль, замечательно пластичная, темпераментная, обладающая прекрасными вокальными данными, преображаются в персонажей Чехова, последовательно «проигрывая» варианты взаимоотношений мужчины и женщины в их вечной тяге друг к другу и вечной борьбе. Они играют изящно, красиво, но главное все же не в этом — в том глубоком пласте культурной памяти, что этот спектакль пробуждает. И не только в зрителях – в артистах, словно впервые и невзначай прикасающихся к этому утратившему сегодня магию понятию: культурная память... Алла Азарина поставила, как кажется на первый взгляд, прелестную, изысканную «безделицу», но это совсем не так. Спектакль «И вдруг...» настраивает на какие-то почти забытые волны — и вот нам начинает уже казаться, что каждый воскрешает своих предков, что наши бабушки и дедушки, может быть, давно забытые нами, продолжают так или иначе выстраивать и наши жизни, определяя те или иные поступки, черты характера, вообще – течение Времени. Того самого большого исторического Времени, о котором мы забываем в будничной суете. И тогда рассказы Чехова, впитанные чуть ли не с детства, чуть ли не наизусть, начинают звучать иначе,  по-особому интимно...

В Пушкинском фойе Театра им. А.С.Пушкина дважды в месяц происходит чудо. Чудо воскрешения того, что когда-то (еще совсем недавно) составляло очень важный пласт нашей жизни. Чудо радостное и грустное одновременно. И, поверьте, прикосновение к этому чуду излечивает душевные раны...