29 октября в Театре им. Пушкина состоялась еще одна премьера юбилейного сезона – спектакль режиссера Романа Самгина «Доходное место» по одноименной пьесе А.Островского.

Эффектное красочное действо продолжает традиции театра, следуя также новым театральным веяниям Москвы, в частности, режиссуре в стиле Римаса Туминаса. Неожиданные музыкальные вставки, абстрактная маскарадность, эксцентричность героев, вневременное явление персонажа в будущем, звук балалайки и фортепиано и даже снег как эстетический символ – все это есть в «Доходном месте», но уже достигло своего апогея в спектакле «Евгений Онегин» Театра им.Вахтангова и теперь диктует моду большинству режиссеров, кто берутся за нерадикальную инсценировку классики. Тем не менее, «Доходное место» - оригинальный спектакль, оставляющий после себя приятное послевкусие.

Когда раскрылся занавес, зал ахнул: людей привела в восторг сценография, выполненная Виктором Шилькротом и костюмы от Ирэны Белоусовой. На сцене – помещение в помещении, создающее параллельное действие на двух уровнях - «богатства и бедности». Коридор в некоем дворце с высокими окнами заворачивает за стеклянный павильон, где восседают победители жизни. Герои заглядывают в окна павильона, врываются в его двери, намеренно отказываются от приглашения войти или отчаянно пытаются вырваться, сломать (или закрыть) эту границу. Сцена, наполненная прозрачностью стекол и гладкостью зеркал в деревянных рамах, помимо смысловой нагрузки, сама по себе доставляет эстетическое удовольствие. Также и богатая вышивка на костюмах персонажей, и неожиданное разноцветие «героев-хипстеров», ворвавшихся в 19 век (и в нем растворившихся).

«Доходное место» - рассказ о материальном и духовном, о ценностях и разнице в отношении к ним и путях достижения. Что – богатство или бедность - дает человеку величие? Естественно ли стремление к благосостоянию? Ответы на эти вопросы в спектакле остаются открытыми. Словами персонажа Акима Акимовича авторы утверждают, что человек ничего не решает сам: за все в ответе колесо Фортуны, но каждый из героев Островского стремится «управлять своей судьбой» и в битве с ней проигрывает.

В спектакле, кстати, есть несколько «брошенных» линий: чиновники и их дамы, подзуживавшие героя Белогубова и неожиданно превращающиеся… в маскарадных фей, молчаливая жена Аристарха Владимирыча, колоритный приятель Жадова. Даже проекция главного героя в будущем, бродящая по сцене с первых минут спектакля и до последней, имеет размытую смысловую нагрузку. Он - то ли совесть героя, то ли его воплощенное сожаление, то ли он сам Жадов, постаревший, который видит все происходящее на сцене как «сон в летнюю ночь»…

Этот главный герой (в молодости) - в исполнении Александра Дмитриева – получился в «Доходном месте» Самгина непрезентабельным зашоренным эгоистом, который прикрывается инфантильными идеалами, переиначивая ответственность на свой лад. Его жадность до работы, до честности проявляется в категоричности и угнетении самого любимого человека.

Этим любимым человеком в спектакле блеснула, возможно, будущая театральная звезда. Красивая как Ирина Алферова, нежно-эмоциональная, она, правда, уже имеет определенный набор своих сценических приемов – от изменений тембра голоса (и заметного акцента) до жестов – и пока виденна мной только в амплуа «святых дурочек»: в спектаклях «Доходное место» в Театре им.Пушкина и в «В.О.Л.К.» Театре им. Маяковского. Надеюсь, режиссеры предложат роли иной направленности актрисе Анастасии Мытражик (чье имя стоит взять на заметку любителям театра).

Самый эмоционально-яркий персонаж в этой постановке – Аристарх Владимирыч Вышневский в исполнении Игоря Бочкина. Вот кто случайно заводит песню, срывает с себя облачение, бросается на колени перед «мерцающей» женой и скрючивается под «шкурой» под ударами судьбы.

Вся постановка, пожалуй, чересчур пестрит режиссерскими приемами и актерскими решениями, которые часто не доведены до логического конца. Да и все персонажи комедийны по-разному: один ведет свою линию иронично, другой перемежает с фарсом, третьи демонстрируют что-то от дель-арте, а четвертые и вовсе не шутят. Есть ли это режиссерский прием или просчет - судить пока рано, поскольку спектакль только-только вышел в свет, зато уже заслужил на премьере полный зал и крики браво на поклонах.