„БАГРОВЫЙ ОСТРОВ“ В МОСКОВСКОМ КАМЕРНОМ ТЕАТРЕ

 Московский Камерный театр взял на себя смелую и в высшей мере интересную задачу создать ироническое представление об уязвимых местах современной театральной действительности.

  В лице М. А. Булгакова — театр надеялся найти автора хлёсткого, меткого и остросаркастического театрального памфлета.

  К сожалению, и театр, и автор должны быть разочарованы осуществлением своих художественных намерений.

  М. Булгаков увёл сюжет буффонады на некий багровый остров — к красным туземцам и белым арапам,— на подмостки сугубо провинциального закулисья Геннадия Памфиловича — ближайшего родственника антрепренера Пустославцева времён «Льва Гурыча Синичкина». Камерный театр использовал для своего бичующего театральные нравы спектакля — приемы, знакомые нам со времен кривозеркальной «Вампуки».

  Нам обещали ударов по болезненным и уродливым явлениям советского театра. Мы готовились к тому, чтобы осмеять вместе с Камерным театром «в порядке самокритики готовые пустые штампы», верхоглядство, приспособленчество, подхалимство и прочие гнилостные факты буден некоторых псевдореволюционных драматургов. Мы ожидали сокрушительных натисков боевого А. Я. Таирова по штампу, заматерелому консерватизму некоторых советских режиссёров и актёров, вливающих новое вино современной тематики в дряхлые меха обветшалой сценической формы.

 Но то, что было показано зрителю — пожалуй, легковесно и уж, во всяком случае, — беззубо.

 Театр высмеивает закулисье прадедовского театра вместо того, чтобы вгрызаться в закулисье театра наших дней. Обнажение актёрского штампа показывается здесь так, как это делалось в «Кривом зеркале», когда там ставили «Гастроль Рычалова» и ту же «Вампуку». Несколько усовершенствованная монтировочная техника Камерного театра принесла в пародийный озорнический стиль больше вкуса и изощрённости. Но, право, этого недостаточно для московского Камерного театра. В спектакле имеются находчивые сценические штрихи: гражданская война на багровом острове вдоль ширм импровизированной крепости, актёры за гримом, монтаж декораций к пьесе Жюль Верна.

  Но и этими штрихами не заполнить спектакля.

  В спектакле удачливо играет сценическая молодёжь Камерного театра, в этом, пожалуй его лучшая заслуга. Автор Жюль Верн — изображён Ганшиным острыми линиями. В спектакле спародирован классический балет, над которым талантливо и остроумно, шутливо и весело издеваются «прима-балерина» Толубеева и «кавалер»—Зимов.

  Легко, карикатурно-остро играют: Новлянский — вездесущего помощника режиссера Метелкина, Штейн — сварливую жену директора и премьершу, Горин — оскорблённую инженю, Евгеньев — дирижёра оркестра, Вибернес — цензора, и, конечно, Аркадин — главного героя всего спектакля — лукавого и нахрапистого Геннадия Памфиловича. Программа театра указывает имена второго состава в целом ряде главных ролей. И здесь — почти все — имена молодняка — учеников А. Таирове. Это доказывает, что театр упорно работает над ростом своей смены.

   Указываемые заслуги внушают веру в будущие сценические завоевания Камерного театра.

   ...Но «Багровый остров» М. Булгакова, А. Таирова, Л. Лукьянова и всего ансамбля Камерного театра — только неудачный памфлет. Как далеко здесь до подлинной мести экспериментирующего молодого театра за снижение театральной культуры, идеологической искренности и псевдореволюционное мировоззрение на театре.

Это только растянутая пародия, осуществлённая для Камерного театра архаическими приёмами, а для М. Булгакова — слишком традиционными драматургическими средствами.