Репертуарная политика Романа Козака, художественно руководящего Театром имени Пушкина, строится в последние сезоны по очень простому принципу: на основной сцене идут доходные спектакли, в филиале - экспериментальные. К какому разряду относится "Девичник Club" по пьесе Айвона Менчелла, долго гадать не приходится - одно разухабистое название чего стоит. У Марии Ароновой, Веры Алентовой и Ларисы Голубкиной, сыгравших главные роли в этом спектакле, словно на лбу написано: «Мы зарабатываем деньги».

Деньги, впрочем, можно зарабатывать по-разному. «Девичник» Козака прямо-таки напрашивается на сопоставление с прошлогодней премьерой Театра имени Пушкина «Одолжите тенора». Причислить спектакль Евгения Писарева к высоким образцам театрального искусства невозможно ни при каких обстоятельствах, но в нем ощущалась по меньшей мере стремительная легкость и упоение актеров собственной работой. Постановка Романа Козака, в основу которой легла не менее глупая бродвейская комедия, чем «Одолжите тенора», являет собой полную противоположность тому спектаклю. Она тяжеловесна, медлительна, а трех актрис, рекрутированных Козаком из разных московских театров, просто по-человечески жалко: об их действительных талантах здесь не свидетельствует решительно ничто.

Коли господин Козак собрался подражать мастерам антрепризного чеса, ему следовало бы подучиться у настоящих умельцев. Они разъяснили бы ему, что спектакль, призванный вытягивать деньги из зрительских карманов, никак не может длиться три часа, да и многозначительные мхатовские паузы в нем ни к чему. Темп «медленно и печально» соответствует погребальной тематике пьесы, но нельзя же все воспринимать так буквально. Да и остроты Айвона Менчелла, среди которых, кстати, попадаются весьма недурные, актрисам не стоило бы так забалтывать.

Чтобы представить, какими типажами Козак заполнил сцену Театра имени Пушкина, можно вспомнить ну хотя бы фильм Эльдара Рязанова «Старые клячи». Кляч было четыре, безутешных вдов в «Девичник Club" три, но разница невелика. Среди вдовушек можно разглядеть и экстравагантную модницу (Вера Алентова вместо кинематографической Людмилы Гурченко), и толстоватую простушку (Мария Аронова вместо простоватой толстушки Светланы Крючковой), и благоразумную хозяйку (Лариса Голубкина вместо Ирины Купченко). Алентовой положено менять наряды и скрипучим голосом изрекать что-нибудь циничное, Ароновой - сюсюкать и мечтательно закатывать глазки в предчувствии любви, Голубкиной же предписаны рассудительные сентенции.

Хоть какого-то разнообразия интонаций или ситуаций зритель так и не дождется. В начале вдовушки дружно ухаживают за могилами своих мужей, затем одна из них (героиня Ароновой) знакомится с симпатичным вдовцом. Несколько натужных девичьих ссор, несколько фальшивых истерик по поводу загубленной личной жизни, бездарно сыгранная совместная женская пьянка. После нее героиню Голубкиной, которая, видимо, перебрала, драматург отправляет на тот свет, героиню Ароновой выдает-таки замуж, а героиня Алентовой отправляется в комиссионку за очередной обновкой. Не знаю, заработают ли эти актрисы на обновки благодаря своему участию в «Девичник Club», но честнее было бы им действительно в антрепризу, что ли, податься, а не в театр, существующий на деньги налогоплательщиков. Этот упрек, впрочем, можно сегодня адресовать не только Театру имени Пушкина.