В главном зале ДК, под самой большой в Новокуйбышевске люстрой — достойной Мариинского театра — московский театр имени Пушкина дает «Обещание на рассвете». На спектакль по автобиографическому роману французского дипломата Ромена Гари накануне Дня нефтяника съехался весь самарский бомонд. 

«Любой спектакль, который играют не год и не два, становится только лучше, — говорит исполнитель главной роли Андрей Заводюк. — Постановка на сцене седьмой год, и за это время появилось много подробностей, которых раньше не было. Появились взгляды, очень точные и правильные: вдруг во время спектакля мы неожиданно посмотрели друг на друга и поняли, что это хорошо. Зритель может не заметить, но нам, артистам, это помогает. Появились паузы, которых не было после премьеры, более точная интонация. И даже не интонация, а просто живая человеческая реакция».

В спектакле 57-летний актер играет Ромена Гари — начиная с детства будущего знаменитого писателя и дипломата и заканчивая его зрелостью. Мать главного героя играет 38-летняя Александра Урсуляк — начиная со зрелости и заканчивая старостью своей героини. «Ощущения артиста бывают очень ошибочными, — говорит Урсуляк. — Порой дают роль, и в ответ хочется сказать: ну кто же додумался до этого, вы вообще меня видели? А потом понимаешь, как сильно ты была не права, что ты себя видишь совершенно иначе и что со стороны все по-другому. Ты все думаешь, что ты девочка, а тебе уже 40 лет».

Она моложе сына, но с первых минут спектакля это становится самым естественным, самым нормальным раскладом. Героиня Урсуляк — ядерная еврейская мамаша, которая со всей страстью, любовью и тщеславием принимается за воспитание деточки. У «деточки» не остается выбора — только покориться и стать великим. 

Спектакль очень точно воспроизводит атмосферу воспоминаний Ромена Гари — беспорядочный ассоциативный ряд складывается в трагикомедию. Все не как в жизни, но именно так, как в воспоминаниях. 

«Это история женщины, изначально не прикрепленной к мужу. Поздний ребенок, с которым она уехала в эмиграцию из ставшей советской России и поднимала его одна, — рассказывает Александра Урсуляк. — При всей красоте этого романа и образа я, как мать, понимаю, что это полный атас и так воспитывать нельзя. Гиперопека, желание создать супер-пупер-монстра, навесить на ребенка кучу всего... Как мы знаем, Ромен Гари застрелился. И я думаю, ее вина в этом есть». 

Зрители во всех нужных местах смеются, в других нужных — молчат, выдерживают вместе с актерами долгую трудную паузу — и ни одной эсэмэски не пиликнет. В конце зал взрывается овациями и слезами.

«Театр — это помост, который позволяет человеку выйти и сказать что-то на публику, — говорит Урсуляк. — В этот момент его видно и слышно лучше других людей. И это серьезная власть и большая ответственность».